Антон Толмачев (legart) wrote,
Антон Толмачев
legart

Categories:

Сохраняю для истории

Произвёл эксгумацию трупа интернет-газеты СОЛЬ, провёл его вскрытие и выковырял из него интервью, которое брал у меня Иван Козлов. Ничего не добавляю, не убавляю, вёрстку тоже повторил, в общем сохраняю как есть, даже если что мне и не понравилось. Авторы, я надеюсь, будут не в обиде и не в претензиях.

«Нужно взорвать домов двадцать. Я подсчитал»

Иван Козлов /02 февраля 2011

В регионах модернизацию понимают по-своему: это когда все то же самое, только через Интернет. Пермский блогер и бизнесмен Антон Толмачев мог бы стать первым в России депутатом гордумы от Интернета (то есть собравшим подписи через Сеть), но дальше кандидатов не выбился — на пути встал бюрократизированный местный избирком.

«Соли» Толмачев объяснил, что проиграл сражение, но не войну. А заодно поделился волшебной формулой (которая поможет блогерам войти в Думу), предрек российскую интернет-революцию и рассказал, как рисковал жизнью ради власти.



«Давайте говорить цинично, но честно: то поколение, которое сейчас голосует на выборах, стремительно вымирает».
Фото: Евгений Гильманов / Соль

— Почему из 473 собранных вами подписей действительными были признаны всего 38?
— Недостаток опыта. И отсутствие юриста в команде. Есть такое слово — «самонадеянность». И моя самонадеянность меня подвела. Я очень увлекаюсь юриспруденцией, обожаю самостоятельно судиться (выиграл дикое количество судов), то есть в принципе я знаю, что такое законодательство. Но в силу природной невнимательности в предложении из 68 слов я пропустил три слова: «субъект Российской Федерации».

— То есть 435 подписей зарубили, потому что в адресе не был указан Пермский край?
— Не был указан субъект либо у людей, которые ставили свои подписи, либо в заверительных подписях, которые проставляет сборщик. Поскольку я был основным сборщиком, у меня везде написано в адресе «Пермь», а Пермский край не указан.

— Через пять лет попробуете снова прорваться в Думу?
— Конечно! Это уже спортивный интерес. Ребятки, вы меня в этом году сняли — отлично! Вы сыграли по правилам, которые есть (наплевать, что вы сами эти правила писали, но я вынужден по ним играть). Отлично! Дальше интерес — хотя бы доказать, что можно собрать подписи. В 2004 году, когда мне под любыми предлогами отказывали в регистрации по отзыву главы Перми Аркадия Каменева, я сделал попытки провести собрание пять раз. Вплоть до того, что, когда мне все учреждения города отказали в аренде (Дом офицеров, с которым был заключен договор, просто опечатали, чтобы мы туда не смогли попасть), я провел собрание во дворе, под открытым небом.

— Но в этом как раз проблема чисто техническая. Если бы Пермский край был указан в нужной графе — прошли бы нормально.
— Нет, не прошел бы! Меня бы сняли по другой причине. Современное законодательство составлено так, чтобы проходили только представители партии, представленной в Госдуме. Им не надо подписи собирать. Вот, для понимания: как пишется « Толмачёв »?

— Ну, так и пишется.
— На самом деле Толмачев пишется через «е». Это наша общая ошибка — буква «ё» нигде в официальных документах не применяется, хотя 80 процентов людей читают мою фамилию так. Две точечки над буквой делают запись обо мне недействительной! Сборщик с моих слов записывает « Толмачёв », а потом они смотрят: «Это же не Толмачёв , это Толмачев !» — и вычеркивают подпись!



«Когда говорят, что Пермь — город пустырей, это не так. Это город дорог. Но вместо дорог пустыри».

Фото: Евгений Гильманов / Соль

— Вы изначально знали, что на этом поприще все так печально, или поняли только в процессе?
— В процессе. Я знал только, что будет драка и свара. Есть выражение «ловить рыбу в мутной воде». Ее не я замутил, а губернатор [Олег Чиркунов] с «Единой Россией». Они столько мути нагнали, что, учитывая объем работы избиркома, был шанс проскочить незамеченным. Но, видимо, этот шанс был не у меня. Сложно меня не заметить. Нет, на самом деле замечают и отсекают на всякий случай вообще всех.

— Вы в этой истории интересны в первую очередь как «кандидат от Интернета». Представим себе идеальный расклад: все юридические формальности соблюдены, регистрация пройдена. Но ведь вы все равно больше не верите, что интернет-сообщество способно помочь своему кандидату?
— Да, потому что сообщество достаточно мало. Такая математика: у нас 36 округов. У меня пермских френдов в ЖЖ 720 человек. 720 делим на 36, получаем 20 человек. 480 подписей делим на 20 человек, получаем 24 подписи с человека. Это нереально. Тем более, подписи приходилось собирать на окраине, откуда уехали более-менее благополучные люди. Огромное количество общаг и малосемеек, в которых жутко ходить. Ходил там вечером, и мне было страшно за жизнь и здоровье. Наркоманы, алкоголики, шляются, падают... Несмотря на то, что там живут некоторые известные пермские журналисты. Я столкнулся с одним, кричу: «Ты мне почему все еще автограф не поставил?», он говорит: «Я тут квартиру снимаю». Есть и приличные дома. Другой известный журналист мне там собрал 11 подписей. Несмотря на то что он пермский, он очень коммуникабельный человек. На его примере: казалось бы, что когда говоришь «24 подписи надо собрать», то это фигня. Во! (показывает фигу) Очень хороший, разумный, позитивный человек с дома, в котором около 300 квартир, собрал 11 подписей, больше не смог.

— То есть одного популярного блога все-таки недостаточно, чтобы обеспечить себя подписями для регистрации?
— Среднее число подписей, которые мне приносили люди из Интернета — восемь. В три раза меньше, чем надо. Так что должно быть не 720 френдов, разделяющих твою платформу, а около 3600 человек. Учитывая, что платформу разделяют не все, для верности нужно быть едва ли не пятитысячником. Такая формула. Я не знаю, что будет через пять лет, потому что Интернет бурно развивается. Буквально два года назад Facebook'а не было, сейчас есть. Шесть лет назад в ЖЖ можно было только по инвайту попасть, а сейчас это свободная сеть. Давайте говорить цинично, но честно: то поколение, которое сейчас голосует на выборах, стремительно вымирает. И оно не связано с Интернетом. Зато растет поколение, которое связано с Интернетом, и у него накапливаются социально-экономические проблемы, не решаемые в теперешних условиях. Зато эти люди много ездят, видят и знают, и в определенный момент их гражданская активность выплеснется. Тогда у нас и будет то, что называется интернет-революцией.

— Значит, на следующие выборы вы пойдете не только из спортивного интереса, но и чтобы снова проверить возможности Интернета?
— Да, ведь теперь я знаю формулу! Я на реалиях проверил, что знакомый из Интернета может принести в среднем восемь подписей. Причем это были самые качественные подписи! Они даже писали индексы.



«Я за то, чтобы в Перми периодически взрывали дома, некоторые дома мешают жить. Но перед этим расселяли жителей, чтобы не вместе с жителями взрывали».

Фото: Евгений Гильманов / Соль

— А почему вы вообще решили стать первым веб-депутатом? Просто долг гражданский или какие-то очень конкретные причины есть?
— Конечно! Простой пример: у меня сын на протяжении пяти лет ездил заниматься спортом в один район, а теперь ездит в другой. Притом что учится в третьем районе, а живет в четвертом. У нас в микрорайоне (80 тысяч человек) нет ни одного физкультурно-оздоровительного комплекса. В Орде (поселок в Пермском крае. — «Соль»), где живет 10 тысяч человек, построили отличнейший ФОК. В нашем микрорайоне такого нет. А в 2008 году были выделены деньги на проектирование. Конкурсы не состоялись, деньги непонятно куда делись. Почему в Орде за 130 километров от Перми комплекс построили, а в Перми нет? Второе: я — категорический противник подхода губернатора [Олега] Чиркунова: разрушить и построить на обломках. Стратегический план развития города слишком скудно продолжает те тренды, которые заложены в генплане, разработанном ленинградцами на рубеже шестидесятых-семидесятых. Ленинградский план — в нем все ясно, он до сих пор актуален. Давайте по нему жить! Под него были оставлены огромные пустыри. Когда говорят, что Пермь — город пустырей, это не так. Это город дорог. Но вместо дорог пустыри. Там, где Чиркунов видит пустырь, я вижу дорогу.

— Не может быть, чтобы в новом мастер-плане Перми не было ни одного позитивного момента?
— Меня забавляет: люди, не зная историю города, не зная историю преобразований и развития города, приезжают из Голландии и говорят: «У вас тут плохо, мы тут покурили немного и нарисовали, вот вам». Единственное, что мне у них нравится, что я поддерживаю в мастер-плане: в Перми патологически длинные кварталы. Если посмотреть дореволюционную планировку, город был разрезан на маленькие кварталы. А потом пришла Советская власть и настроила длинных девятиэтажек в центре. И улицы перерезались, и внутриквартальные пустыри образовались. Но что делать? Это данность, ребята. Кто-то рискнет взорвать хоть один девятиэтажный дом? Эта проблема заложена, и, чтобы ее решить, нужно взорвать домов двадцать. Я подсчитал.

— Вот, значит, какими вы подсчетами занимаетесь!
— Да! Я за то, чтобы в Перми периодически взрывали дома, некоторые дома мешают жить. Но перед этим расселяли жителей, чтобы не вместе с жителями взрывали.



«Вы вообще разговаривали с депутатами? С некоторыми и разговаривать невозможно. У некоторых коммуникация отсутствует на генетическом уровне».

Фото: Евгений Гильманов / Соль

— В Интернете вы известны еще и как критик пермского «культурного проекта». За эту тему тоже бы взялись, если бы вышли в депутаты?
— Надо понимать уровень Пермской городской думы и уровень депутата от Крохалевки. У меня все просто: мне нужно, чтобы в местном клубе и в местном ДК детки продолжали танцевать и спортом заниматься. У меня локальные задачи. В противостояние на уровне города вмешиваться бессмысленно. Покритиковать можно. Так это я могу сделать и не будучи депутатом.

— Но все-таки есть хотя бы номинальная разница: или депутат городской думы, или обычный горожанин.
— У нас 36 депутатов. Сможете назвать по памяти? А теперь попробуйте назвать по памяти 36 местных блогеров и журналистов! Человек может поднять больше шуму и получить больше известности, сделать гораздо больше, не находясь в стенах Думы. Вы вообще разговаривали с депутатами? С некоторыми и разговаривать невозможно. Ты не понимаешь, что он говорит, а он не понимает, что ты говоришь. У некоторых коммуникация отсутствует на генетическом уровне.

— А блогерам можно доверить важные решения? Будь вы депутатом, продолжили бы советоваться с френдами в ЖЖ? Помнится, заявляли, что блогосфере по силам разработать свой проект остановок общественного транспорта в противовес проекту Артемия Лебедева.
— Ключевое слово — «советоваться». Вопрос: с кем и когда советовался Лебедев? Это, если что, риторический вопрос. Сейчас я и разговаривать про эти остановки не хочу, много раз высказывался, да и просто уже не интересно. Меня знаете, что сейчас больше забавляет? 9 февраля будет 100 лет пермской скорой помощи. Я написал об этом в ЖЖ полтора месяца назад. И в городе никакого шевеления по этому поводу! Я жду еще восемь дней, а потом просто крою всех матом. Кто у нас там сейчас за здравоохранение отвечает?.. Плотников Вадим (начальник управления здравоохранения администрации Перми. — «Соль»). Я считаю, что это человек, который предал интересы горожан, здравоохранения и врачей.



«9 февраля будет 100 лет пермской скорой помощи. Я написал об этом в ЖЖ полтора месяца назад. И в городе никакого шевеления по этому поводу!»

Фото: Евгений Гильманов / Соль

— Вы, кстати, во время «предвыборной кампании» какие использовали технологии? В блогах появлялся скриншот сообщения о том, что за одну подпись за вас какие-то люди платят тридцать рублей.
— Я не могу оценивать, ложная это была информация или нет, потому что не знаю, каким образом некоторые люди собирали подписи. Могу только сказать, что подписных листов у нас не осталось, потому что их забирали просто пачками. Есть листы, в которых все заполнено одной рукой, да и подписи одинаковые. Люди, не знакомые с законодательством, искренне хотели мне помочь, поэтому такое принесли... Я даже не понес их никуда. Некоторые подписи на первый взгляд нормальные, а начнешь разбираться — мама, не горюй! Люди просто приходили в офис, забирали подписные листы. Что-то вернулось, что-то нет. Листы забирали, в том числе и шпионы. Хотя, скорее, разведчики. В конце ноября формы изменились, а я скачал старые, распечатал и отправил людям. И, видимо, какой-то разведчик зашел в офис и забрал несколько, а потом у меня зазвонил телефон. Звонил один из действующих депутатов — сказал: « Антон , у тебя подписные листы неправильной формы, срочно посмотри законодательство и поменяй». Значит, все-таки были не шпионы, а разведчики, потому что свои.

— Помнится, в этой истории с тридцатью рублями за подпись вы отметили, что информация исходила от человека, связанного с музеем PERMM и Маратом Гельманом. Вы считаете, что с этой стороны вам могли как-то мешать в вашей деятельности?
— Я это просто так отметил, нейтрально. Но с учетом на будущее! Я всегда придерживаюсь презумпции невиновности, но в то же время отмечаю, что, может быть, это было не просто так. Не могу обвинять никого, потому что нет доказательств. Но имею право отметить, что какая-то информация пошла от сотрудника Гельмана, а Гельман — старый политтехнолог. Так что я ничего не исключаю. Нужно понимать, что в тот день произошло три события вокруг моих выборов. Слишком много для одного дня. Я уже сбросил с себя эту ситуацию, нужно поднимать ЖЖ и смотреть, что были за события.



«Я ему два часа объяснял, как я буду его уничтожать через суды. Чуть до драки не дошло. Но я был у них в штабе, там было еще десять человек, было не очень выгодно драться».

Фото: Евгений Гильманов / Соль

— Кажется, одним из этих событий было появление в Twitter'е кандидата Дупфке — пародия на кандидата Антона Толмачева , то есть ЖЖ-юзера Legart. До сих пор ломаем голову, кто же стоит за Дупфке!
— Да я к этому нормально отношусь, мне некоторые слоганы понравились. Видел, конечно. Вы думаете, мне ссылок не накидали в личку в ЖЖ во время эпопеи с выборами? В те дни у меня личка просто распухла. Честно, я получил такое количество писем в личку, какое за весь предыдущий год. Что было — то было. Если кто-то против меня играл, то я уже простил всех этих людей. Вы когда-нибудь участвовали в выборах?

— Нет, бог миловал.
— Выборы приходят и уходят, а люди остаются. То, что было на выборах, никогда не считается. На выборах ты можешь абсолютно искренне называть человека подлецом и мерзавцем, бороться и ругаться, а потом ты будешь с ним встречаться. В 2000 году мы с человеком, с которым сейчас в прекрасных отношениях, два часа ругались. Мат стоял! Мне в их газету нужно было поставить статью нашего кандидата. В их газету с их кандидатом, который был против нашего. Потому что у них было зарегистрированное СМИ. Я ему два часа объяснял, как я буду его уничтожать через суды. Чуть до драки не дошло. Но я был у них в штабе, там было еще десять человек, было не очень выгодно драться. Так что я предпочел дипломатический путь. И поставил статью! Но тогда мы ненавидели друг друга, это было в правилах игры. Это же война, оборона, наступление! Если надыбал в обороне дырку, то проникаешь в эту дырку, расширяешь там пространство и заполняешь его собой.
Subscribe
promo legart october 18, 2017 09:00 15
Buy for 40 tokens
Всё очень просто: переходите вот по этой ссылке на сервис "Google Найти устройство" и вы не только увидите его на карте, но и сможете позвонить на него и даже стереть все данные и заблокировать! Чтобы репостнуть - нажмите кнопки ниже! Legart
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments